К 40 годам у меня было достаточно времени поразмышлять о себе и своих наклонностях. И пришла я к полному убеждению, что ориентация - штука врожденная. И если "сбой" произошел, то причины тут ни в депривации, и ни в издержках воспитания. Моя семья была полной, в детстве мне покупали нарядные платьица, а вот что выросло, то - выросло...Уверена - если соответствующей склонности нет, то сколько бы маленькую девочку не рядили в мальчиковую одежду и не играли с ней в милитаристские игры, ее жизненный путь будет традиционен.

Ярчайший литературный пример: Моше Рабинович - один из героев романа израильского писателя Меира Шалева "Как несколько дней..". Мать, мечтавшая о дочери, одевала его как девочку, вплетала в золотую косу голубые ленты, а детскими занятиями его стали шитье и вязание. Однако, когда ему исполнилось 12 лет, мать увидев, как "дочка провожает удаляющиеся бедра проходившей мимо служанки, поняла, что надежды ее были тщетными". Природа взяла свое. Моше стал обыкновенным мужчиной, вот только "никогда не благодарил Бога за то, что тот "не сотворил его женщиной" и золотой своей косы не позабыл вовек". Ну, это уже к делу не относится...

Как и многие другие, я всегда страшилась определения "лесбиянка". Это слово как бич хлестало по лицу и заставляло съеживаться. Всю жизнь я избегала думать о себе в таком ключе. Выработала мировоззренческую позицию: главное - любовь, а на кого или на что она направлена - женщину или мужчину, кошку или собаку, Родину или домашний цветок в горшочке - неважно. И если любимый человек оказался одного со мной пола - значит, так карта легла, или звезды на небе выстроились в каре...

Никакие "тематические" тусовки я не посещала. Причина, возможно, в моем извечном страхе перед крайностью, чрезмерностью во всем. Наверное, поэтому когда-то написала глупое четверостишие:

Не хочу быть "темой",

Не хочу быть "стаей",

А хочу надмирной быть,

Как Утка Мураками!

Это, безусловно, во мне говорит мой предельный индивидуализм. Мне претят любые формы объединения, любые "измы".

Собственно, в достаточно концентрированно "тематическом" обществе я оказываюсь только на концертах своего любимого Артиста - Светланы Сургановой, на которые хожу регулярно.

Никогда не забуду своего первого впечатления от части ее поклонников. Вот есть вещи, которые ты полагаешь за свои собственные - походку, манеру держаться, некоторую угловатость и резкость движений. И вдруг оказывается, что все это - видовые признаки. К примеру, видишь, как кто-то напротив засунул руки в карманы, а так - прикурил сигарету, и узнаешь в этих жестах себя, и словно наблюдаешь свое зеркальное отражение. И приходит осознание, что это не Ты, это природа все натворила! Это не твой осознанный выбор жизненного пути, а предопределенность, чья-то чужая воля. Для меня это стало потрясением.

Даже попривыкнув за годы к своему открытию, я все же каждый раз испытываю немного мистический страх, глядя на подобных себе. Вместе с тем, приходит чувство покоя и умиротворения, что оказываешься ни один такой в мире. И я, всю жизнь сторонящаяся любых коллективов, так оберегающая личное пространство и носящаяся со своей "самостью", "отдельностью" - получаю короткое и терпко-острое удовольствие от сопричастия. Как-то внутренне согреваюсь...

Вспоминаю, как в детстве меня очаровал один рассказа Куприна - только теперь понимаю, почему (вот вам пример, как литература может становиться судьбой). Рассказ называется "Синяя звезда" - о принцессе маленького горного народа, удаленного от всего света. Она была необыкновенно уродлива - так считала и она сама, и ее любящие поданные: ноги у нее были слишком длинными, ступни - чересчур маленькими, глаза - противного синего цвета вместо должного желтого, а губы - не плоские и узкие (какими им полагается быть), а изогнуты наподобие лука. Она такая была одна. А потом в нее влюбился французский принц, случайно оказавшийся в тех отдаленных местах, и увез ее во Францию, где обнаружилось, что она - первая и прекраснейшая красавица. И увидела принцесса, как много может быть других людей, непохожих на ее добрых соотечественников. Правда, она долгое время продолжала считать, что просто попала в царство уродов, а подлинная красота - осталась в горах.

Вот и на концертах Светланы Яковлевны со мной происходят подобные метаморфозы - из среды, где я, не смотря на нормальную социальную адаптацию, "инакая", а значит, по-своему, урод, ненадолго попадаю в страну, где я - похожа на других, где я - своя, одна из... Удивительное чувство...

К чему я все это? Да, к тому, что мы такими рождены.

И значит, для чего-то все это нужно. А вот кому и для чего, я думаю, нам расскажут и объяснят.

Но уже после.